Костыль - Анна Герман

Куда я спрячу вечную тревогу,

Куда исчезнет память — не пойму.

Костыль тяжел, костыль идет в дорогу,

Дорогу уступите вы ему.

Мальчишке было лет совсем немного,

Он в бой ходил под пулеметный свист.

Сейчас он ходит трудно, одноного,

Чтоб вы могли отплясывать свой твист.

А ведь и он отплясывал когда-то…

Потом, в свои семнадцать с небольшим,

Пошел «плясать» огнем из автомата,

Сквозь рев войны врага сражая им.

Он сшит из нервов, а не из гранита,

Всей сутью жизни к подвигу готов.

А где была нога его зарыта —

Там ни могилы нету, ни цветов.

Я не в укор вам, люди доброй воли.

Пускай цветут и пенятся сады!

И дай вам Бог такой не видеть доли

И никогда не плакать от беды.

Я лишь хочу сказать, геленджичане:

Увидев ветерана с костылем,

Вы поклонитесь, вспомните с печалью,

О всех, благодаря кому и мы живем.

¿Dónde puedo esconder la eterna ansiedad,

Donde desaparecerá la memoria, no entiendo.

La muleta es pesada, la muleta va por el camino,

Dale paso a él.

El niño tenía muy pocos años,

Entró en batalla con el sonido de un silbato de ametralladora.

Ahora camina duro, solo,

Para que puedas bailar tu twist.

Pero también bailó una vez...

Luego, a la edad de diecisiete años,

Fui a "bailar" con fuego automático,

A través del rugido de la guerra del enemigo, matándolos.

Está cosido de nervios, no de granito,

Con toda la esencia de la vida, estoy listo para una hazaña.

¿Y dónde fue enterrado su pie?

No hay tumba, no hay flores.

No os reprocho, gente de buena voluntad.

¡Que los jardines florezcan y hagan espuma!

Y Dios no permita que veas la parte

Y nunca llores por los problemas.

Solo quiero decir, gente de Gelendzhik:

Al ver a un veterano con una muleta,

Te inclinarás, recuerda con tristeza,

Sobre todos, gracias a los cuales vivimos.